Цвет вызывает головокружение («синдром Стендаля»), может угрожать. Но цветом же можно лечить. Изобретение цвета в искусстве — и кино-цвета в частности — полно драматических, подчас трагических событий.

Цвет древний. Цвет современный. «Невозможно достигнуть чистого познания того, чем обладаешь, пока не знаком с тем, чем владели до нас другие» (Гёте). Но знаем ли мы, как видели цвет древние греки? Было ли действительно для них море «винноцветным»? Люди XXI века лучше распознают оттенки цвета, но не утратили ли мы невинность его восприятия? Цвет старится быстрее, чем мы успеваем это заметить: цвета 1970-х стали сейчас цветами ностальгии (тоска по буйству цвета?).

Наша программа — лишь предисловие к истории цвета в кино. Уникальность её в том, что почти все картины будут показаны с цифровых копий оригинальных нитропозитивов 1900-х — 1950-х годов — периода, когда цвет в кино ещё не был нормой, когда его переизобретали буквально каждый год, когда он буйствовал и извергался с экрана на зрителей. В программу вошло 36 фильмов разных стран и эпох. Небольшая часть из них относится к периоду немого кино и представляет собой путь от виража и ранней технологии раскрашивания к трафаретным системам. Но основная часть программы состоит из картин, созданных по двух- и трёхцветным системам уже в эпоху звука. Наша программа позволяет хотя бы ненадолго, как выразился бы Дерек Джармен, «погрузиться внутрь спектра».

В великом фильме «Вопрос жизни и смерти» Пауэлла и Прессбургера ангел спускается с чёрносеро-белых небес на цветную землю и молвит: «Там, наверху, так не хватает красок Техниколора». Даже небеса завидуют красоте кино. Цветного кино.